Насморк. Страница 26

Насморк (26 стр.)

Этот автоконструктор из Детройта с начала мая находился в неаполитанской городской больнице, куда попал из гостиницы “Савой”. Первую неделю пребывания в гостинице он вел себя самым примерным образом – утром посещал солярий, вечером братьев Витторини, а воскресенье посвятил дальней экскурсии. Маршрут этой экскурсии удалось выяснить – их организовывало бюро путешествий, филиал которого находился в “Савое”. Бреннер побывал в Помпее и Геркулануме. В море он не купался – врач запретил из-за камней в почках. От оплаченной уже экскурсии в Анцио он отказался накануне ее, в субботу, но уже двумя днями раньше повел себя странно. Перестал ходить пешком и, даже собираясь отправиться за два квартала, требовал подать его машину, что было довольно хлопотным делом; новая стоянка гостиницы только оборудовалась и машины ее обитателей ставили впритык друг к другу в соседнем дворе. Бреннер, не желая сам выводить оттуда машину, требовал, чтобы ее пригонял кто-нибудь из служителей гостиницы – дело доходило до скандалов. В воскресенье он не только не отправился на экскурсию, но и не спустился в ресторан. Он заказал обед в номер и, едва официант вошел, набросился на него и стал душить. В потасовке повредил официанту палец, а сам выскочил из окна. Упав с третьего этажа, сломал ногу и тазобедренный сустав. В больнице установили, что у него приступ шизофрении.

Дирекция гостиницы по понятным причинам постаралась замять происшествие. Но после смерти Коберна префектура возобновила следствие и тщательно расследовала все обстоятельства дела. Возникли, сомнения: действительно ли Бреннер сам выскочил из окна или его выбросили? Однако улик, опровергающих показания официанта, до того имевшего безупречную репутацию, не нашли. Бреннер по-прежнему находился в больнице: приступ безумия миновал, но бедро срасталось медленно, а родственник, который должен был прибыть за ним из Штатов, все откладывал свой приезд. В конце концов то, что у Бреннера было обострение шизофрении, подтвердил в своем диагнозе крупный специалист, и следствие снова зашло в тупик.

Второй из американцев, Адам Осборн, старый холостяк, по образованию экономист, выехал пятого июня из Неаполя в Рим на машине, взятой напрокат в фирме “Авис”, причем покинул гостиницу в такой спешке, что оставил личные вещи: электробритву, зубную щетку, эспандер, шлепанцы. Чтобы передать ему все это, из “Савоя” позвонили в римскую гостиницу, в которой Осборн забронировал номер, но его там не оказалось. Гостиница не обременила себя дальнейшими поисками, и только в ходе следствия удалось установить, что до Рима Осборн не доехал. В бюро фирмы “Авис” детектив выяснил, что арендованный Осборном “опель-рекорд” со всеми его вещами обнаружили в полной исправности на стоянке у автострады под Загорело, неподалеку от Рима. “Опель” числился за римским парком фирмы и был там зарегистрирован, а в Неаполе оказался потому, что на нем приехал какой-то французский турист. Сообщили о происшествии в римскую полицию. Вещи Осборна, найденные в машине, забрала римская префектура, она же вела и следствие, потому что Осборна на рассвете следующего дня обнаружили мертвым. Его сбила машина на съезде с автострады в сторону Палестрино, то есть почти в девяти километрах от места, где он оставил взятый напрокат “опель”.

Было похоже, что он почему-то вышел из своей машины и шагал по обочине автострады до первой боковой дороги; именно там кто-то сбил его, а потом скрылся. Все это установили довольно точно благодаря тому, что Осборн пролил на резиновый коврик в “опеле” одеколон и полицейская собака, несмотря на прошедший ночью дождь, легко взяла след.

Читать онлайн “Насморк” – RuLit – Страница 26

– Исследовали ли вы возможность действия двух отдельных механизмов одного против американцев, а другого против европейцев?

– Да. Мы сравнивали эти две группы, но это ничего не дало.

– А почему, собственно, Стелла всех направлял в Неаполь?

– Очень просто. Он итальянец, натурализовавшийся в Америке, его семья откуда-то из-под Неаполя, и он, вероятно, был в этом как-то заинтересован, поскольку поддерживал связь с итальянскими бальнеологами, с доктором Джионо, например. Ознакомиться с перепиской нам не удалось: врачебная тайна; но то, что он рекомендовал своих пациентов итальянским коллегам, представляется вполне естественным. Во всяком случае, в таком альянсе мы не усмотрели ничего подозрительного. Полагаю, что за каждого пациента он получал какой-то процент.

– Как вы объясняете загадочное письмо без текста, пришедшее на имя Миттельгорна после его смерти?

– Думаю, его прислал кто-то из родни, кто знал обстоятельства его смерти и, подобно миссис Барбур, был заинтересован в продолжении расследования, но не хотел или не мог вмешиваться столь явно, как она. Кто-то убежденный в уголовной подоплеке дела решил снова возбудить подозрения и заставить полицию вернуться к следствию. У Миттельгорна были родственники в Швейцарии, а письмо пришло именно оттуда.

– Были среди пациентов Стеллы наркоманы?

– Да. Двое, но не хроники. Оба пожилые мужчины: вдовец и старый холостяк. Оба приехали в Неаполь в конце мая – начале июня прошлого года, оба купались, загорали, словом, по статистике, подвергались максимальной опасности, однако вышли целыми и невредимыми. Добавлю еще, что первый был чувствителен к пыльце растений, а второй – к землянике!

– Это ужасно! – воскликнул Барт.

– Вы рассчитывали на аллергию, да? Я тоже.

– А что они принимали?

– Земляничник – марихуану, а тот, что с поллинозом, – ЛСД, но от случая к случаю. Запасы ЛСД у него кончились еще до возвращения в Штаты, может, поэтому он и уехал раньше, прервав лечение. Как по-вашему? Уехал потому, что не смог ничего достать в Неаполе. Полиция как раз в это время ликвидировала разветвленную ближневосточную сеть с итальянским плацдармом, а уцелевшие поставщики затаились, словно мыши под метелкой.

Читать еще:  Лекарства от гайморита самое эффективное

– Земляничник. – пробурчал Барт. – Ну да. А психические болезни?

– Только отрицательные данные. Вы знаете, как это бывает: в роду почти всегда можно кого-то обнаружить, но это слишком далекие ответвления. И в группе жертв и в группе уцелевших пациентов Стеллы царило психическое здоровье. Вегетативный невроз, бессонница, вот и все. Это среди мужчин. Что касается женщин, то были три случая – меланхолия, климактерическая депрессия, попытка самоубийства.

– Типичная истерия, так называемый крик о помощи; травилась при обстоятельствах, гарантирующих спасение. В нашей группе все наоборот: никто не афишировал манию самоубийства. Характерна абсолютная решимость если первая попытка не удавалась, делалась вторая.

– Но почему только Неаполь? – поинтересовался Барт. – А Мессина? Этна? Ничего?

– Ничего. Вы, конечно, понимаете, что мы не могли учесть все сероводородные источники мира, но итальянские обследовали. Абсолютно ничего. Кого-то сожрала акула, кто-то утонул.

– Коберн тоже утонул.

– Да, но в припадке безумия.

– Почти. О нем известно сравнительно немного. Собственно, только то, что он не притронулся к своему завтраку, но спрятал гренки, масло и яйца в коробку из-под сигар, а часть положил перед тем, как выйти из гостиницы, на карниз за окном.

– Вот оно как! Он заподозрил яд и хотел, чтобы птицы.

– Конечно. А с коробкой, наверное, хотел отправиться к токсикологу, но утонул.

– Что показала экспертиза?

– Это два толстых тома машинописи. Мы употребили даже дельфийский метод – голосование экспертов.

– Большинство высказалось за неизвестное психотропное средство, отчасти сходное по действию с ЛСД, что, однако, не означает сходства по химической структуре.

– Неизвестный наркотик? Странное заключение.

– Не обязательно неизвестный. По их мнению, это могла быть и смесь хорошо известных веществ, часто симптомы синергизма нельзя свести к действию отдельных компонентов.

– А голос меньшинства?

– Острый психоз с невыявленной этиологией. Вы же знаете, как много могут говорить специалисты, врачи, когда абсолютно ничего не понимают.

– Знаю прекрасно. Не смогли бы вы теперь повторить свой обзор с точки зрения типологии смертей?

– Пожалуйста. Коберн утонул нечаянно или сознательно. Бреннер выскочил из окна, но выжил.

– Простите, что с ним сейчас?

– Он в Штатах, жив, хотя и болен. Помнит случившееся в общих чертах, но не хочет к этому возвращаться. Официанта он принял за мафиозо, думал, что его преследуют. Ничего больше он сказать не мог. Продолжать?

– Осборн пытался сбежать на автомобиле, но зачем-то вышел на шоссе. Его задавила машина. Виновник не обнаружен. Эммингс дважды хотел покончить с собой. Застрелился. Лейге, швед, добрался до Рима и бросился с Колизея. Шиммельрейтер умер естественной смертью в больнице от отека легких после острого приступа безумия. Хайне едва не утонул, а в больнице вскрыл себе вены. Его удалось спасти, но вскоре он умер от крупозного воспаления легких. Свифт уцелел. Миттельгорн дважды пытался покончить с собой с помощью снотворного, потом выпил пузырек йода. Умер от ожога желудка. Тиц погиб при аварии на автостраде. Наконец, Адамс скончался во сне от удушья при невыясненных обстоятельствах в римской гостинице “Хилтон”. О Бригге ничего не известно.

– Спасибо. А те, что уцелели, запомнили какие-то первые симптомы?

– Да. Дрожь в руках и изменение вкуса пищи. Об этом мы узнали от Свифта. Бреннер, соглашаясь с тем, что еда изменила вкус, не помнил, однако, о дрожи в руках. Вероятно, у Бреннера после всех переживаний проявился так называемый остаточный психический дефект, поэтому он и запамятовал. Таково мнение врачей.

– Разброс в схеме смертей значителен, видимо, самоубийцы обращались к доступным средствам, к тому, что было под рукой. А каков результат исследования с точки зрения cui prodest? [кому выгодно? (лат.)]

– Вы имеете в виду материально заинтересованных лиц? Что из того, если имеются наследники, когда между ними и любой из этих смертей невозможно установить связь.

– Полиция старалась блокировать информацию, чтобы не осложнять следствие. Разумеется, местная печать помещала заметки о каждой из этих смертей, но они тонули в рубриках происшествий. Только какая-то газета в Штатах, забыл, какая именно, намекала на роковую судьбу пациентов Стеллы. Сам Стелла утверждал, что эти намеки делают озлобленные конкуренты. Тем не менее в нынешнем году ни одного ревматика в Неаполь он не направил.

Читать онлайн “Расследование. Рукопись, найденная в ванне. Насморк” автора Лем Станіслав – RuLit – Страница 26

Грегори оборвал свою речь, как бы ожидая реакции Шеппарда, однако в этот момент стена, приковывавшая его внимание, зазвучала чистой, легкой барабанной дробью, словно в комнате мистера Феншоу на нее падал невероятный, горизонтальный дождь крупных капель; поэтому он заговорил еще быстрее и громче:

— Вирус рака — это нечто вполне правдоподобное, однако нельзя в принципе объяснять невозможное правдоподобным, здесь скорее нужны неправдоподобные причины, и поэтому, естественно, Сисс как бы мимоходом упомянул о летающих тарелках, то есть о внеземных причинах. В этом варианте проблема обретает космический размах; перед нами как бы первый контакт Земли и ее обитателей с явлением звездного характера. К примеру, какие-то разумные создания, функционирующие непонятным для нас образом, стремятся познать людей и засылают непостижимым путем на Землю нечто вроде исследовательской аппаратуры. Эта аппаратура — микроскопический субстрат, его сбрасывают с тарелки в виде незримой взвеси. Он не атакует живые организмы, а ориентирован на мертвые. Почему? Скажем, чтобы не повредить живым телам, — свидетельство гуманности звездных пришельцев. Как проще всего механик может изучить конструкцию и действие машины? Очевидно, приведя ее в движение и изучая ее работу, не правда ли? Фактор — или неведомая аппаратура — так и действует: на время приводит в движение мертвое тело, добывая при этом необходимые пришельцам знания. Однако даже так нельзя объяснить все до конца. Во-первых, фактор ведет себя как бы осмысленно, это не орудие в нашем понимании, как, например, молоток, — скорее что-то вроде дрессированных бактерий, натасканных, как наши охотничьи собаки; во-вторых, наблюдается непонятная связь с раковыми заболеваниями. Если бы мне нужно было любой ценой подогнать гипотезу под это явление, я бы сформулировал примерно такую концепцию. В районе низкой заболеваемости раком люди не болеют не потому, что там нет вируса рака, а потому, что тамошние жители невосприимчивы к нему, и тогда мы можем сказать, что восприимчивость к раку обратно пропорциональна восприимчивости к посланному со звезд фактору; тем самым спасены и статистика, и наше объяснение…

Читать еще:  Какой кашель при туберкулезе

Грегори остановился. В комнате и в примыкающей к ней спальне мистера Феншоу воцарилась тишина. Шеппард, который молча слушал и время от времени поднимал глаза на детектива, удивляясь не столько тому, что тот говорит, сколько его горячности, недовольно заметил:

— Во все это вы, разумеется, не верите…

— Ни минуты, — ответил Грегори, ощутив какую-то странную слабость. Ему вдруг стало безразлично, сохранится ли за стеной тишина или нет; захотелось снова, как после ухода от Сисса, остаться одному. Он молчал, пока не заговорил главный инспектор:

— Вам, очевидно, довелось много читать и изучать, у вас совсем не полицейская манера выражаться. Ну да, необходимо детально изучить язык врага… Сисс, во всяком случае, был бы вами доволен. Вы все еще его подозреваете, не так ли? Какие мотивы приписываете его поведению?

— Не то чтобы я его подозревал. Это означало бы, что я наступаю, а я по-прежнему в состоянии отступления, к тому же отчаянного. Я как крыса, загнанная в темный угол. Я только защищаюсь от невероятности этого дела. Ведь, господин инспектор… Если развивать такого рода гипотезы, можно договориться до чего угодно — например, объявить, что вмешательство фактора повторяется периодически, через значительные промежутки времени, что последний спад заболеваемости раком был приблизительно две тысячи лет назад, и не в Англии, а в Малой Азии, и в связи с этим произошел ряд воскресений: Лазарь, как вы знаете, ну и еще кое-кто… Если мы хоть на миг отнесемся к подобным историям всерьез, земля разверзнется у нас под ногами, почва превратится в студень, люди смогут появляться и исчезать, все станет возможно, а полиция должна побыстрее сбросить мундиры, разойтись, исчезнуть… впрочем, не только полиция. Мы должны иметь виновника, но если эта серия завершилась на самом деле, она будет теперь отодвигаться все дальше и дальше в прошлое, и останется лишь несколько гипсовых отливок, несколько противоречивых донесений не слишком интеллигентных служителей моргов и могильщиков — и что нам с этим делать? Последнее, что остается, это сосредоточиться на возвращении тел. Я теперь абсолютно убежден, что вы правы: мой блеф действительно не дал никакого результата, телефонный звонок не вызвал у Сисса ни малейшего удивления, и, однако, сейчас… вы позволите?

Он сорвался со стула, глаза у него сверкали.

— Сисс после этого звонка сказал мне нечто конкретное. Он не только ждет появления трупов, но может даже подсчитать по своей формуле, когда они обнаружатся, то есть когда исчерпается их двигательная энергия, как он это назвал… Нужно сделать все, чтобы это произошло при свидетелях! Хотя бы однажды!

— Одно только слово, — вставил Шеппард, который уже давно пытался что-то сказать, но Грегори, казалось, не замечал этого, он словно вообще забыл об инспекторе. Он кружил, вернее, бегал по комнате.

— Вы выдвигаете альтернативу: Сисс или фактор. И при этом сразу отклоняете ее вторую часть — фактор, так что остается лишь вульгарный обман, жуткая игра в мертвецких. А если обе части ложные? Если это не Сисс и не фактор? Если кто-то открыл, синтезировал, создал нечто и привил это нечто трупам ради научного эксперимента?

— Вы в это верите?! — воскликнул Грегори, подбегая к столу. Он остановился и, прерывисто дыша, уставился на спокойного, почти довольного Шеппарда. — Если вы верите, это… это… Абсурд! Никто ничего не открыл! Открытие, достойное Нобелевской премии, не меньше! Весь мир знал бы о нем. Это раз. А во-вторых, Сисс…

Грегори внезапно замолчал. Воцарилась полная, абсолютная тишина, в которой пронзительно отчетливо была слышна медлительная череда размеренных поскрипываний, доносившихся не из-за стены, а из глубины комнаты, в которой они находились. Звуки эти Грегори слышал не раз, со значительными, многонедельными интервалами, однако прежде это случалось лишь в темноте, когда он лежал в кровати. В первый раз череда скрипов, приближающихся к его постели, даже разбудила его; тогда он очнулся с полной уверенностью, что в комнате кто-то есть и босиком приближается к нему. Он тотчас зажег свет, но никого не было. Вторично это случилось в поздний час, почти под утро — он, измученный бессонницей, в которую ввергли его забавы мистера Феншоу, лежал в оцепенении, не похожем ни на сон, ни на явь. И тогда он тоже зажег свет, но, как и в первый раз, безрезультатно. В третий раз он не обратил на скрип особого внимания, сказав себе, что в старом доме паркетные полы рассыхаются неравномерно, и их слышно только ночью, при полной тишине. Теперь, однако, комната была хорошо освещена; мебель, несомненно столь же старая, как и паркет, безмолвствовала. Зато паркет возле печи опять издал легкий и отчетливый треск. Потом скрипнуло дважды — ближе, где-то посередине комнаты, возле Грегори и за его спиной. И снова установилась тишина. Грегори застыл с поднятыми руками, и тут из комнаты мистера Феншоу слабо, будто издалека, донесся хохот… или плач? — немощный, приглушенный, может быть, одеялом и завершившийся обессиленным покашливанием. И снова стало тихо.

Читать еще:  Увеличение миндалин

Какого цвета ваши сопли: безопасное лечение насморка

Откуда берется насморк

Медики не советуют насморк лечить — так же, как и сбивать температуру, если она ниже 38. Потому что острый ринит (так называют насморк на медицинском языке) в большинстве случаев проходит сам, а его лечению организм даже активно сопротивляется. Есть широко известная поговорка: если насморк лечить, то он проходит за семь дней, а если не лечить, то за неделю. И это действительно так. А все потому что насморк — это защитная и очень важная реакция на раздражители: аллергены, острую еду, физические нагрузки, бурные эмоции или все ту же простуду. Насморк — это показатель того, что у организма хватает сил на борьбу с инфекцией. А слизь, хоть и малоприятна, все же полезна. Назальный секрет, или, говоря простым языком, сопли, это важное оружие, которое выделяют слизистые клетки придаточных пазух носа, чтобы отлавливать и выпроваживать грязь, пыль, вирусы, инфекции.

Джоэль Фурман, доктор медицинских наук: «Чтобы избавиться от возбудителя болезни, внутренняя оболочка носовой полости начинает активно вырабатывать слизь. Она смывает вместе с собой частички вируса. А если принимать препараты, которые блокируют выработку слизи в носовой полости, организм лишается естественной защиты от инфекции».

Согласно исследованию доцента Университета Чикаго Дэниела Мюрреллла, человеческий нос без всякого насморка производит целых два литра слизи в день, которую мы глотаем, не замечая. Просто зимой атака вирусов усиливается, и нос в ответ поднимает на защиту больше слизи. И после битвы насморк проходит сам — но только в том случае, если не возникнут осложнения.

Александр Горовой, отоларинголог: «Если ринит не проходит в течение семи дней, то это уже тревожный сигнал. Это значит, что слизистая не справляется с большим количеством слизи и возможно осложнение в виде синусита, фронтита, среднего отита. Вплоть до развития бронхита и пневмонии. В итоге осложнения чреваты опасными для жизни менингитом или абсцессом мозга».

Склонность к заложенности носа может быть и врожденной. Причина — искривленная носовая перегородка. В норме угол между латеральным хрящом носа и стенкой, разделяющей ноздри, должен составлять 15 градусов. Иначе воздух проходит вглубь полостей либо слишком большими, либо слишком маленькими порциями. И от этого он оказывается недостаточно увлажненным, несогретым и нестерильным.

Как по насморку определить состояние здоровья

Выделяемая при насморке слизь бывает разной: жидкой и прозрачной, как вода, а также густой и неприятного цвета. Об этом написаны целые научные исследования, на основе которых ученые американского Химического Общества выпустили наглядную анимацию под названием «О чем говорят твои сопли?».

Прозрачная слизь означает, что нос справляется. Если выделения белые, значит, к насморку подключились другие простудные симптомы и бороться с ними иммунитету уже сложнее, но еще терпимо. Другое дело — сопли желтые, которые указывают на симптомы вирусной инфекции. И уж точно пора встревожиться, если слизь густеет и зеленеет — значит, к вирусам добавились бактерии, а нос уже не справляется. Хотя есть стадия и совсем опасная, когда выделения становятся красными и коричневыми. Это сигнал, что воспаление повреждает сосуды и слизистую, из-за чего сопли смешиваются с кровью. Впрочем, цвет хоть и важный и очень показательный, но все же лишь один из критериев, по которым ставится диагноз.

Также помогают паровые ванны, особенно капнуть в воду эфирного масла, но только натурального, а не синтетические или восстановленные пустышки. Указание на это следует искать в составе на этикетке. Проведенные в Индии испытания показали, что все больные, вдыхавшие пар с маслами, излечивались от насморка гораздо быстрее остальных.

А еще эффективно промывать нос подсоленной водой. Конечно, в аптеках есть уже готовые капли и спреи с якобы морской водой, но лучше не спешить с их покупкой: такой раствор очень просто сделать и самому из обычной и самой дешевой соли.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector