Насморк. Страница 47

Читать онлайн “Расследование. Рукопись, найденная в ванне. Насморк” – RuLit – Страница 47

Я посмотрел на часы. С момента ухода офицера прошло уже десять минут. В комнату не проникал ни малейший шорох.

Стул, на котором я сидел, был жесткий — с каждой минутой, секундой я ощущал это все отчетливее. Я положил ногу на ногу, но так было еще хуже. Я встал, подправил брюки, чтобы не измялась складка, и поспешно уселся снова. Теперь на меня воздействовал и письменный стол, на который я оперся руками. Я пересчитал папки на полках по вертикали и по горизонтали, затем снова потянулся. Минуты шли. Все острее давал о себе знать голод. Я допил остатки чая и выцарапал сахар со дна стакана. Мне было уже просто невмоготу смотреть на открытый сейф с папками. Я был уже просто в бешенстве. Взглянув на часы, я убедился, что прошел уже целый час. Когда миновал второй, я стал терять надежду на возвращение офицера. Что-то, видимо, с ним приключилось. Но что?

Может, то же самое, из-за чего внезапно был отозван Бландердаш? Этот, как его там… Кашердаш, Бландеркларш, Дашдерблад, Блакдердаш? Я был совершенно не в состоянии вспомнить — вероятно, от голода и злости. Я встал и принялся нервно прохаживаться по комнате.

Почти три часа один на один с открытым сейфом, набитым секретными бумагами — даже подумать страшно, чем это пахло. Ну и свинью же мне подложил этот… как же его все-таки звали? Если бы меня вдруг кто-нибудь спросил, кого я жду…

Я решил выйти. Хорошо, но куда я пойду? Вернуться в ту комнату, через которую я сюда попал? А если меня станут спрашивать?

Моя история будет звучать неправдоподобно, я предчувствовал это. Я уже видел лица судей. “Офицер, имени которого вы не помните, оставил вас одного в комнате с открытым несгораемым шкафом? Замечательно, но старо. Может, вы придумаете что-нибудь более оригинальное?” Мне было жарко, по шее и спине текли капли пота, в горле пересохло.

Я выпил чай офицера, быстро посмотрел по сторонам и попытался закрыть сейф. Замок не желал защелкиваться. Я вращал цифровые барабанчики и так и эдак — дверь упрямо отскакивала и никак не хотела захлопываться. Мне показалось, что из коридора донеслись звуки шагов.

Я отскочил от шкафа, зацепив при этом рукавом папки, и целая кипа их вывалилась на пол. И тогда я сделал невероятную вещь — залез под стол. Я видел только ноги вошедшего — в форменных брюках, в черных остроносых ботинках. С минуту он стоял неподвижно, затем тихо закрыл дверь, на цыпочках подошел к сейфу и исчез из поля моего зрения. Я услышал шелест поднимаемых бумаг, к которому через некоторое время добавилось тихое пощелкивание. Я все понял. Он фотографировал секретные документы. Значит, это был не офицер, а…

Я на четвереньках вылез из-под стола и, пригибаясь к полу, направился к выходу. Затем вскочил, бросился к двери и одним прыжком очутился в коридоре. Когда я с размаху захлопывал дверь, на долю секунды передо мной мелькнуло бледное, искаженное страхом лицо того человека.

Фотоаппарат выпал из его рук, но прежде чем он долетел до пола, я был уже далеко. Расправив плечи и выпрямив спину, я шел размеренным, преувеличенно твердым шагом, минуя изгибы и повороты коридора, ряды белых дверей, из-за которых доносились приглушенные отголоски служебной возни вместе со стеклянным перезвоном, в котором не было уже ничего таинственного.

Что делать? Куда идти? Доложить обо всем? Но ведь того человека там наверняка уже нет, он убежал, ясное дело, сразу после меня. Там остался лишь шкаф, открытый несгораемый шкаф и разбросанные бумаги. Внезапно у меня мурашки побежали по телу. Ведь в соседней комнате я назвал свое имя, не говоря уже о том, что меня привел туда тот молодой офицер. Они должны уже обо мне знать. По всему Зданию, наверное, уже объявлена тайная тревога. Меня уже ищут, все лестницы, выходы, лифты взяты под наблюдение.

Я посмотрел по сторонам. В коридоре царила обычная суета. Офицеры проносили папки, похожие как две капли воды на те, которые лежали в том сейфе. Прошел курьер с кипящим чайником. Остановился лифт, из него вышли два адъютанта. Я прошел мимо них. Они даже не оглянулись. Почему ничего не происходит? Почему никто меня не разыскивает, никто не преследует? Неужели это все еще было лишь испытание?

В следующую минуту я принял решение.

Я подошел к ближайшей двери и посмотрел на ее номер: 76 911. Он мне не понравился. Я двинулся дальше. У номера 76 950 я остановился. Постучать? Глупо.

Я надавил на ручку и вошел. Две секретарши помешивали чай, третья раскладывала бутерброды на тарелке. На меня они не обратили никакого внимания.

Я прошел между их столами. Передо мной была другая дверь — следующей комнаты. Я переступил через порог.

— Это вы? Ну наконец! Прошу. Располагайтесь как дома.

Из-за письменного стола смотрел на меня, улыбаясь, крохотный старичок в очках с золотой оправой. Под редкими белыми, как молоко, волосами наивно розовела лысинка. Глаза у него были как орешки. Он радушно улыбался, делая приглашающие жесты.

— Со специальной миссией командующего Кашебладе… — начал я.

Он не дал мне договорить.

— Несомненно… Вы позволите?

Дрожащими пальцами он нажал на клавиши машинки.

— А вы… — проговорил я.

Он встал, выглядя при этом весьма солидным, хотя и с улыбкой на лице. Нижнее веко левого глаза у него слегка подрагивало.

— Подслушивающий Вассенкирк. Вы позволите пожать вашу руку?

— Очень приятно, — произнес я. — Значит, вы знаете обо мне?

— Ну как же я могу этого не знать?

— Да? — пробормотал я ошеломленно. — А не означает ли это, что у вас есть для меня инструкция?

— Ох, пожалуйста. Не надо с этим спешить. Годы одиночества в пустоте, зодиак… И сердце сосет лишь одна мысль. Об этих расстояниях… вы знаете… хотя все это правда, как-то трудно человеку поверить, смириться, разве не так? Ах я старый болван, болтаю тут… Я, знаете ли, никогда в жизни не летал… такая профессия… Нарукавники, чтобы манжеты не испортить… Восемнадцать пар нарукавников протер, и вот… — он развел руками. — И вот, пожалуйста, потому-то все это… Прошу простить мою болтовню. Вы позволите?

Он приглашающе указал на дверь за своим креслом. Я встал. Он ввел меня в огромный, выдержанный в зеленых тонах зал; паркет сверкал, как зеркало, далеко в глубине стоял зеленый стол, окруженный изящными стульчиками.

Эхо наших шагов отдавалось словно в нефе собора. Старичок торопливо семенил рядом со мной, по-прежнему улыбаясь и поправляя пальцем очки, которые постоянно сваливались с его короткого носа. Он придвинул мне мягкий стул с гербом на спинке, сам уселся на другой и иссохшей рукой стал помешивать чай. Потом прикоснулся к нему губами и прошептал:

Он посмотрел на меня. Я молчал. Он наклонился ко мне и доверительно произнес:

— Вы немного удивлены?

— Мне, старику, вы можете, наконец, сказать, хотя я не настаиваю. Это было бы с моей стороны… Но, впрочем, вы сами видите: одиночество, врата тайн отомкнуты, мрачные глубины влекут, порождая искушения — как это по-человечески! Как это понятно! Чем же является любопытство? Первым инстинктом новорожденного! Естественнейшим инстинктом, прастремлением отыскать причину, порождающую результат, который, в свою очередь, становится зародышем последующих атомов причинности, создает непрерывность, и вот так возникают сковывающие нас цепи — а все начинается так наивно, так просто!

— Позвольте, о чем вы, собственно, говорите и к чему клоните? — спросил я.

От его слов в голове у меня стало сумбурно.

— Вот именно! — воскликнул он слабым голосом и еще сильнее подался ко мне. Золотые дужки его очков поблескивали. — Здесь причина — там результат! Чего? Откуда? К чему? Ах, разум наш не может согласиться с тем, что на такие вопросы никогда не будет ответа, и потому сам тут же создает их, заполняет бреши, деформирует, здесь отнимет немного, там добавит…

— Извините, — перебил я его, — но я просто не понимаю, что все это…

Читать еще:  Лекарство при начале простуды

— Сейчас, дорогой мой! Не все пути ведут во мрак. И я постараюсь в меру своих возможностей… Прошу вас, извините меня, имейте снисхождение к старику… Так что вы столь любезно желали получить от меня?

Расследование. Рукопись, найденная в ванне. Насморк (47 стр.)

Он поднял розовую колбаску так, чтобы я мог видеть ее на свет. Палец был прозрачен и пуст.

– Просто будет фигурировать в деле, как свидетельство демонстративности. Ему от этого еще больше не поздоровится.

– Ну и что? Это был враждебный акт. Вы ведь видели, как он из-под флага, того…

– Но ведь это был труп.

Он тихонько рассмеялся.

– Дорогой коллега – я, пожалуй, могу вас так называть? – хороши бы мы были, если бы позволяли всяким вот так, смертью, от всего отвертеться? Но довольно об этом. Спасибо за сотрудничество. Вернемся к нашему делу. Перед отправкой вам предстоит еще одно, другое, третье…

– Ничего особо неприятного, уверяю вас. Обычное ознакомление. Пропедевтика. Вы имеете хотя бы самое элементарное представление о шифрах, которыми вам надлежит овладеть?

– Нет, я, пожалуй, в этом совсем не ориентируюсь.

– Вот видите. Существуют шифры опознавательные, деловые, отделов и специальные. Это вам надо бы запомнить.

– Ежедневно они, ясное дело, изменяются, и сколько с этим хлопот! Например, каждый отдел имеет свой собственный внутренний шифр, поэтому когда входишь туда и что-то говоришь, то одно и то же слово или имя означает на разных этажах нечто совершенно иное.

– А как же? Да не смотрите так! Вот, допустим, ха-ха, настоящее имя, предположим, главнокомандующего! Вы не заметили некоторой специфичности в именах сотрудников его штаба?

– Итак, зашифрованы знания, чины, приветствия…

– А как же? Представьте себе, что вы разговариваете по телефону с кем-нибудь, находящимся снаружи, и говорите, например, “добрый вечер” – и вот отсюда уже можно сделать вывод, что у нас работают круглые сутки, что у нас есть смены, а это уже для кое-кого важная информация, – подчеркнул он. – Впрочем, любой разговор…

– Как? Даже теперь, когда мы…

Он кашлянул с некоторым смущением.

– Обязательно, дорогой мой.

– Простите, но я действительно не понимаю…

Он посмотрел мне в глаза.

– Ох, ну почему вы так говорите? – в его пониженном голосе была печаль.

– Все вы понимаете, вы наверняка все понимаете. “Я совсем забыл”, “а что мне следует делать?”, “испытание”, “предварительное изучение”… Вы уже поняли? Вижу, что поняли. Но для чего эта мина отчаяния? Каждый пользуется шифром как умеет. Вы тоже научитесь профессиональному подходу. Все ведь в порядке, правда?

– Раз вы так говорите…

– Больше уверенности в себе, мой дорогой, служба есть служба, безличный ход дел. Бывают осложнения, неожиданные повороты, но вы, избранный для столь трудной миссии, вы не отступите перед всякими пустяками. Тем более что они неизбежны. Сейчас я направлю вас в Отдел Шифрования, там имеются специалисты куда лучше меня. Они объяснят вам, что к чему, не в порядке обучения, а просто в дружеской беседе. Инструкция тем временем будет ожидать вас здесь.

– Я даже не просмотрел ее.

– А кто вам запрещает?

Я развернул сверток с бумагами. Некоторое время мой взгляд блуждал по страницам машинописного текста, наконец я прочел выхваченный наугад отрывок:

“Сознание не воспринимало ничего, лишь отражало окружающее…”

Мои глаза метнулись вниз, пропустив десяток строк.

“До той минуты ты совсем не думал о том, что будешь делать дальше. Протянув руку к задвижке, ты вдруг впервые после пробуждения осознал, где находишься, и словно бы ощутил неподвижный белый лабиринт, который за тонкой перегородкой бесстрастно ожидал твоего бесконечного блуждания”.

– Что это? – пролепетал я, поднимая глаза на майора. Страх тяжелым жаром разлился у меня в груди.

– Шифр, – равнодушно проговорил он, разыскивая что-то в бумагах на своем столе. – Ведь инструкция должна быть зашифрована.

– Но это звучит, как…

– Шифр должен напоминать все что угодно, за исключением шифра, – ответил он.

Перегнувшись через стол, он забрал у меня инструкцию. Мои пальцы скользнули по бумажным листкам.

– Я не мог бы захватить ее с собой?

– Зачем? Это будет ждать вас здесь.

В его голосе звучало неподдельное удивление.

– Ну, может, мне растолкуют ее в этом Отделе Шифрования.

– Да, видно, что вы новичок. Но это ничего. Необходимые навыки еще войдут вам в кровь. Как же можно доверять кому-либо свою инструкцию? Ведь о вашей миссии знают, кроме главнокомандующего, лишь начальник штаба и я, всего три человека.

Я молча проводил взглядом инструкцию, которую он снова упрятал в сейф, после чего покрутил наборными дисками, словно бы поигрывая ими.

– Господин майор, можете ли вы хотя бы вкратце описать мне, что собой представляет моя миссия? Ну, хоть в двух словах, в самых общих чертах? – спросил я его.

– В общих чертах? – протянул он, после чего принялся покусывать нижнюю губу. Непослушная прядь светлых волос закрыла ему левый глаз, но он не стал убирать ее. Он стоял, опершись кончиками пальцев о стол, засунув по-ученически язык за щеку. Потом вздохнул и улыбнулся. На его левой щеке отчетливее стала заметна ямочка. – Ну, что мне с вами делать, что мне с вами делать? – повторил он.

Он вернулся к сейфу, снова вынул из него бумаги и, вращая цифровые диски захлопнутой дверцы, сказал:

– У вас ведь есть папка, а? Давайте положим все это в нее, хорошо?

Он принял пустую папку от секретарши, у которой я оставил ее на столе, и запихнул в нее бумаги.

– Прошу! – проговорил он и вручил мне ее, весело щуря глаза. – Наконец-то она у вас есть, эта ваша инструкция, причем в какой папке! В желтой… ого-го!

– Разве этот цвет что-нибудь значит?

Моя наивность развеселила его, но он постарался удержаться от улыбки.

– Значит ли он что-нибудь? Отлично сказано! Значит, да еще как! А теперь мы пройдемся вместе. Мне лучше самому отвести вас, так будет быстрее. Прошу, туда.

Я поспешил за ним, стискивая под мышкой распухшую папку. Мы вышли в коридор и зашли в следующее, длинное, напоминающее классную комнату помещение. На стенах над головами работников висели плакаты с изображением акведуков и водных шлюзов. В следующем помещении их сменила огромная, от потолка до пола, карта полушарий какой-то красной планеты.

Проходя мимо, я присмотрелся поближе и узнал марсианские каналы. Сам майор открывал передо мной двери. Мы шли один за другим по узкому проходу между столами. Сидевшие за ними даже головы не поднимали, когда мы проходили мимо них.

Еще одна вытянутая в длину комната. Здесь на большом цветном плакате была изображена увеличенная в размерах крыса в разрезе от головы до хвоста. В стеклянных ящиках блестели чистенькие, словно бы наскоро собранные из вылущенных орехов, скрепленных проволочками, скелеты грызунов. Комната эта отличалась от других тем, что загибалась вбок. В ее изгибе корпело за микроскопами десятка полтора человек. Вокруг каждого были разложены стеклянные пластинки, пинцеты, баночки с какой-то густой прозрачной жидкостью, вероятно, клеем.

Они помещали на стеклышки обрывки бумаги, мокрые и чем-то измазанные, разглаживали их, высушивали специальными подогревателями и соединяли с ювелирной точностью. В воздухе чувствовался резкий запах хлора.

За спинами людей с микроскопами была дверь, ведущая в коридор.

– Да, чтоб не забыть, – пониженным голосом доверительно произнес майор, взяв меня за руку, когда мы оказались одни среди белых стен. – Если вам нужно будет что-нибудь выбросить или уничтожить – какой-нибудь документик ненужный, лишнюю записочку, черновичок – прошу вас, не пользуйтесь уборной. Этим вы только доставите нашим людям лишние хлопоты.

– Извините, как? – спросил я.

Он нетерпеливо поднял брови.

– Да-а, вам нужно объяснять все с азов. Моя вина, что я забываю об этом. Это был Отдел Утилизации. Он соседствует с моим, и мы прошли через него, чтобы сократить путь. Так вот, все нечистоты фильтруют и процеживают – это ведь дорога наружу, возможность для потенциальной утечки информации. А вот и наш лифт.

Читать еще:  Сухой кашель после влажного

Лифт как раз остановился, когда мы к нему подошли. Дверь открылась, из кабины вышел офицер в длинной шинели со скрипичным футляром под мышкой. Он извинился перед нами, что слегка нас задержит, поскольку ему нужно еще вынести свертки.

Едва он вернулся за ними в лифт, как где-то рядом грохнул выстрел.

Офицер выскочил из лифта, захлопнул его дверь ногой, швырнул в нас охапкой свертков, которые держал в руках, а сам побежал по коридору, открывая на ходу футляр. Тяжелый сверток, как снаряд, угодил мне в грудь.

Ошеломленный, я отлетел к стене возле двери лифта.

Из-за угла коридора загрохотал пулемет, что-то ударилось в штукатурку над моей головой, и все заволокла известковая пыль.

– Ложись! – закричал Эрмс.

Он рванул меня за руку и сам тоже бросился на пол. Я лежал рядом с ним среди раскиданных свертков, все вокруг прямо-таки гудело от выстрелов, грохот гулял по коридору из одного конца в другой, пули пели над нами, стены взрывались белыми облачками рикошетов. Бежавший высоко задирая полы шинели офицер упал на самом повороте, выпустив из рук скрипичный футляр. Оттуда выпорхнуло белое облачко бумажек, закружившихся, словно снежинки. Воздух уже пропитался едким запахом пороха. Майор сунул мне в руку маленькую непрозрачную ампулу.

– Как только дам знать – в зубы и разгрызть! – прокричал он мне в ухо.

7 ошибок, из-за которых насморк не проходит

Заработать хронический ринит можно, даже если неправильно сморкаться.

Говорят, если насморк лечить, он проходит за неделю, а если не лечить, то за семь дней. Обычно так и есть. Но иногда, даже несмотря на лечение, сопли задерживаются на неделю, две, три… А это уже хронический ринит.

Вот почему так происходит.

1. Вы выбрали неподходящие препараты

Насморк кажется столь обыденным явлением, что так и хочется заняться самолечением. Хлюпая носом, вы приходите в аптеку и просите фармацевта: «А дайте-ка мне какие-нибудь капли от соплей». И получаете препарат, возможно популярный и действенный, но не подходящий конкретно вам.

Дело в том, что у насморка может быть множество причин Runny nose , помимо простуды. Например:

  • аллергия: от популярной сезонной до холодовой;
  • излишне сухой и пыльный воздух в помещении, где вы проводите большую часть дня;
  • гормональные изменения в организме: беременность, климакс, развивающийся диабет и так далее;
  • даже случайно попавший в носовые ходы крохотный предмет…

Каждая из этих причин требует своей схемы лечения. И те медикаменты, которые помогут при одной, окажутся категорически неэффективными или даже ухудшат симптомы при другой. Так, сосудосуживающие капли не избавят вас от насморка, вызванного посторонним предметом в носу.

Что с этим делать

Чтобы не ошибиться и не капать в нос то, что не подходит в вашей ситуации и не сможет её улучшить, покупайте лишь те лекарства, которые выпишет вам терапевт или лор.

Если вы уже пользуетесь каким-то медикаментом, отмените его и обговорите возможные альтернативы всё с тем же врачом.

2. Вы злоупотребляете сосудосуживающими средствами

Сосудосуживающие капли и спреи действительно помогают быстро остановить насморк. Но в инструкции к большинству из них не зря написано: «Использовать не более 3–5 дней». Продолжая закапывать их сверх оговорённого срока, вы рискуете заработать так называемый медикаментозный ринит Can You Overuse Nasal Spray? .

Сосудосуживающие средства, как ясно из названия, уменьшают просвет кровеносных сосудов носа. За счёт этого снимается отёк слизистой оболочки, из-за которого мы и ощущаем заложенность. Звучит вдохновляюще, но, увы, тут есть два неприятных момента.

Сосуды, во-первых, привыкают к лекарству и перестают на него реагировать. А во-вторых, отвыкают сужаться самостоятельно — им требуется лекарство. Но на него-то они уже не реагируют. Получается эдакий замкнутый круг: нос уже не может избавиться от заложенности сам, а сосудосуживающие средства больше не помогают.

Стремясь всё-таки вздохнуть свободно, вы увеличиваете дозу медикамента. И на время это действительно срабатывает, но затем всё повторяется. Дозу приходится раз за разом увеличивать, и в конце концов вы уже не можете жить без заветного флакончика, а насморк превращается в постоянного спутника.

Что с этим делать

Как можно быстрее отправляйтесь к лору и решайте возникшую проблему в тесном сотрудничестве. Скорее всего, вам придётся отменить препарат и терпеть заложенность носа, пока сосуды не восстановятся.

3. Вы закапываете в нос луковый сок и другие народные средства

Лук — прекрасное средство для облегчения симптомов заложенности носа. Эксперты, опрошенные известным медицинским ресурсом WebMD, даже рекомендуют Home Treatments for Babies использовать его в комнатах, где спят простуженные малыши. Мол, нарежьте свежий сочный лук кольцами, выложите на тарелочку и поставьте её у изголовья детской кроватки. Содержащаяся в луке сера поможет нормализовать отток слизи, и в результате младенец сможет свободно вздохнуть.

Всё хорошо, кроме одного: речь идёт о вдыхании запаха лука, но ни в коем случае не о луковых каплях в нос! Слизистая оболочка носоглотки очень чувствительна. Едкий луковый сок может её повредить или пересушить, лишив организм природной защиты от инфекций. А это значит, что болезнь затянется.

То же касается и других народных рецептов вроде капель из лимона, раствора хозяйственного мыла и так далее. Используя их, вы делаете уверенный шаг к хроническому риниту.

Что с этим делать

Отменить луковые капли и заняться восстановлением повреждённой слизистой. Лучше всего это делать под руководством лора.

Чаще всего восстановление слизистой означает лишь её увлажнение: следите, чтобы воздух был влажным, и несколько раз в день промывайте нос солевыми растворами. Их можно купить в аптеке или приготовить самостоятельно: в стакан тёплой воды добавьте по ¹⁄₄ чайной ложки соли и соды.

4. Вы спите и работаете в помещении с пониженной влажностью воздуха

Чтобы нос (да и весь организм в целом) функционировал нормально, влажность воздуха в квартире или офисе должна составлять 40–60%. Однако бывает, что воздух пересушен. Чаще всего это случается зимой из-за закрытых окон и работающих отопительных приборов. Тогда влажность падает до 15–20%.

В таких условиях слизистая оболочка носа пересыхает Manage Dry Indoor Air This Winter , истончается. И организм либо легче цепляет инфекции (вы не вылезаете из простуд с ринитом в качестве одного из ключевых симптомов), либо запускает процесс усиленного производства соплей, чтобы течью из носа компенсировать недостаток увлажнения.

Что с этим делать

Начните увлажнять воздух в помещении. Купите специальный прибор или сделайте его самостоятельно.

Если это не ваш вариант, регулярно увлажняйте носовые ходы солевыми растворами. Как их делать, читайте в предыдущем пункте.

5. Вы переносите насморк на ногах

Насморк не то состояние, ради которого можно брать больничный. Но если он сопровождается простудой и общим ухудшением самочувствия, крайне желательно What home remedies can help with a runny nose? снизить активность.

Идеальный вариант — пару дней провести дома, под тёплым одеялом, налегая на горячее питьё. В этом случае все силы организма будут направлены на борьбу с инфекцией, а вместе с простудой вы избавитесь и от ринита.

Если же релакс вам только снится, борьба может затянуться, а насморк — перейти в хроническую форму.

Что с этим делать

Позвольте себе отдохнуть, дав иммунной системе возможность справиться с заболеванием.

6. У вас полипы или другие осложнения, о которых вы ещё не знаете

Иногда отёк тканей в носу становится привычным. Это случается, например, у тех, кто страдает от сезонных аллергий или уже много лет переносит простуды на ногах. Отёчные участки слизистой потихоньку увеличиваются. Так в носоглотке появляются наросты — полипы Nasal polyps .

Пока полипы маленькие, они не дают о себе знать. Но год от года они растут и в какой-то момент начинают задерживать слизь в носовых проходах. Так возникают симптомы заложенности носа и насморка, который никак не проходит.

Причинами хронического ринита могут быть и другие осложнения. К примеру, воспаления придаточных пазух носа либо перенесённые травмы, которые искривляют носовые ходы.

Что с этим делать

Любой насморк, затянувшийся дольше чем на 5–7 дней, надо показать врачу. Специалист предложит схему лечения, которая подойдёт именно вам. Схема может включать в себя физиопроцедуры, лекарственные препараты и даже хирургическое вмешательство (если выяснится, что причина заложенности носа — крупные полипы или, положим, искривление носовой перегородки).

Читать еще:  Прививка от гриппа инструкция

7. Вы неправильно сморкаетесь

Регулярно прочищать нос — важный пункт в лечении насморка. Но этим часто пренебрегают. Кто-то стесняется сморкаться и деликатно прикладывает к носу платочек. Кто-то, напротив, сморкается слишком активно — так, что слизь вылетает чуть ли не из ушей.

Оба варианта плохи. В первом случае вы копите сопли внутри носоглотки, создавая идеальную среду для размножения бактерий. Во втором рискуете загнать слизь в гайморовы пазухи, что чревато гайморитом.

Что с этим делать

Сморкаться регулярно и правильно What’s the best way to blow your nose when sick? . Вот так:

  • Сделайте глубокий вдох через рот.
  • Прижмите пальцем одну ноздрю.
  • Резко выдохните через свободную ноздрю.
  • Теперь прижмите пальцами очищенную часть носа и повторите те же манипуляции для второй ноздри.

Сморкайтесь по мере необходимости, но не реже нескольких раз в день. Это не даст слизи скапливаться в носу и убережёт вас от осложнений.

Все, что надо знать про сопли: иногда насморк все-таки следует лечить

Насморк может быть как относительно безобидным, так и являться симптомом того или иного неприятного заболевания. Почему в США запрещены банки?

Насморк – бытовой термин, который объединяет два научных понятия: ринит, представляющий собой воспаление слизистой оболочки носа, и сопровождающую его ринорею, то есть носовое слизетечение.

Насморк – признак зимы, спутник низкой температуры. Под действием холода в носу происходит последовательное чередование циклов сужения и расширения мелких кровеносных сосудов, что приводит к рефлекторному отеку слизистой носа, затруднению дыхания. Это вполне безобидная реакция организма.

Впрочем, насморк далеко не всегда безобиден. Он может быть результатом инфекции: гриппа, кори, скарлатины, дифтерии, гонореи. В этом случае мы имеем дело с острым инфекционным ринитом, который лечится в рамках основного заболевания.

Чаще всего в холодное время года он вызван тем или иным вирусом и является проявлением ОРВИ или гриппа. Лечить его в этом случае или не лечить?

Мнения специалистов расходятся. Известно, что не существует эффективных терапий от гриппа и ОРВИ, а потому все, что остается больному, это покой и теплое питье, а также парацетамол, если высокая температура переносится тяжело.

На этом основании большинство зарубежных специалистов предлагают выжидательную тактику. Впрочем, если симптомы насморка становятся чрезвычайно неприятными, из носа постоянно течет, он заложен, дыхание затруднено, врач может порекомендовать соляной раствор или спрей для носа и капли, сужающие сосуды и позволяющие на некоторое время снять отек и истечение слизи.

Важно помнить, однако, что длительное использование сосудосуживающих препаратов (Ксилометазалин, Нафазолин и другие) может привести к развитию вазомоторного ринита (подробности – ниже), поэтому закапывать их можно не дольше 7-10 дней, а затем их лучше заменить вяжущими препаратами (Колларгол, Протаргол), а при сухости слизистой – орошать ее растворами, содержащими морскую воду.

В российских источниках, наряду с рекламой разнообразных фармацевтических продуктов, можно встретить советы лечить насморк домашними средствами.

Рецептов множество: закапать сок свеклы, перемешанный с медом, или смесь чесночного и морковного соков, смазать отжатым луковым соком ушные и носовые ходы, пить отвар багульника с растительным маслом.

Никто не исследовал эффективности этих терапий, а вот при склонности к аллергическим реакциям, такого рода средство может осложнить течение болезни.

Некоторые специалисты рекомендуют ингаляции и физио-процедуры: УФ-облучение, УВЧ, диатермию на область носа. Для этих процедур существуют противопоказания, так что назначать их следует с осторожностью.

Неоднозначно отношение специалистов к горчичникам и банкам. Многие врачи в нашей стране продолжают рекомендовать их как полезные домашние терапии, а вот за рубежом к ним относятся скорее негативно.

В США, например, банки запрещены. Американские эксперты считают, что они способствуют распространению инфекции в организме: под их воздействием микроорганизмы из бронхов проникают в легкие, где может развиться воспаление.

Что делать, если насморк продолжается, когда остальные симптомы вирусной инфекции уже прошли?

Необходимо проконсультироваться у ЛОР-врача, чтобы по возможности избежать хронического ринита и следующих за ним серьезных осложнений, синусита и гайморита.

Синусит – воспаление слизистой оболочки придаточных пазух носа. Пазухи – это воздухоносные полости в костях черепа, сообщающиеся с полостью носа. Основными симптомами является тяжесть в околоносовой или лобной области, боль при резких движениях головой, густые выделения из носа, повышенная температура.

Чаще всего синуситом болеют дети в возрасте 3-15 лет, при этом наблюдается такая картина: насморк почти прошел, а через несколько дней вновь поднимается температура и появляются густые выделения из носа.

Самым распространенным видом синусита является гайморит, воспаление верхнечелюстной (гайморовой) придаточной пазухи. Одним из основных симптомов гайморита является тянущая боль, которая возникает при наклоне туловища вперед. Подтверждение диагноза производится на основании рентгеновского снимка

Лечение синуситов включает дренаж пазух и прием антибиотиков, за исключением тех случаев, когда болезнь вызвана вирусной инфекцией. Не помогут антибиотики и при гайморите, вызванном аллергическим ринитом.

Аллергический ринит называют так же сенной лихорадкой. Это воспаление слизистой оболочки носа, вызываемое различными аллергенами. Как и инфекционный насморк, он проявляется отеком и заложенностью носа, слизетечением, зудом. Для аллергического ринита характерны повторяющиеся многократные чихания.

У некоторых людей он носит сезонный характер, обостряясь весной и летом в периоды цветения различных растений, других насморк не оставляет круглый год.

При аллергическом рините назначают прежде всего антигистаминные препараты. Кроме того, помочь могут специальные спреи (например, Назаваль), создающие защитную пленку на слизистой носа и предотвращающие контакт с аллергеном. При тяжелом течении заболевания приходится применять гормональные препараты – интраназальные кортикостероиды.

К сожалению, не всегда при аллергии лекарственные препараты помогают. В этом случае следует проконсультироваться с врачом-аллергологом на предмет применения аллерген-специфической иммунотерапии (СИТ). Терапия состоит во введении постепенно возрастающих доз аллергена для выработки устойчивости к нему организма больного.

Если вы страдаете от аллергического ринита, вам важно знать, что первостепенную роль в предотвращении приступов играют профилактические меры. Вы снизите риск приступа, если затянете оконный проем марлей или мелкой сеткой, установите оконный фильтр, что позволит проветривать квартиру, не допуская в нее пыльцы растений, пыли и вредных веществ.

Не следует сушить белье на улице или на открытом балконе, так как к нему могут прилипнуть аллергены. Ежедневно делайте влажную уборку в квартире. Полезным будет напольный фильтр, лучше всего – с угольным элементом. В теплое время года желательно носить широкополую шляпу, чтобы сократить количество пыльцы, попадающей на лицо.

Еще один вид насморка – вазомоторный ринит. При этом заболевании сосуды слизистой оболочки носа расширяются на раздражитель и вызывают отек. Раздражителем может быть холодный воздух, резкий запах, пар.

Механизм этого явления до конца не изучен, и причина часто остается неизвестной, хотя в некоторых случаях вазомоторный ринит может быть следствием ринита инфекционного или аллергического.

Приступы насморка при вазомоторном рините могут возникать без видимой причины: появляются заложенность носа, частое чихание, обильные водянисто-слизистые выделения из носа, иногда слезотечение. Заболевание может осложняться инфекционным ринитом и вызывать синусит или гайморит, в этом случае водянистые выделения приобретают желтый или зеленый оттенок.

Поскольку при вазомоторном рините нарушено дыхание, у больного возникает кислородная недостаточность, приводящая к повышенной утомляемости, слабости, а подчас даже к ухудшению памяти и головным болям, потере аппетита, бессоннице.

При тяжелом течении вазомоторный ринит может приводить к ухудшению состояния легких, скоплению в них избыточного количества жидкости, а в некоторых случаях приводит к астме.

Начинают лечить заболевание медикаментозно, однако нередко лекарственные препараты при вазомоторном рините оказываются малоэффективными. Хорошие результаты могут давать фотодинамическая терапия, с помощью которой слизистая орошается частицами минералов, и органотерапия, которая позволяет улучшить лимфоотток и нормализовать местный иммунитет.

В особо сложных случаях при утолщении слизистой нижних отделов носовых раковин требуется хирургическое вмешательство. Коррекция слизистой может проводиться при помощи лазера.

Итак, насморк может быть как относительно безобидным, так и являться симптомом того или иного неприятного заболевания.

Вот несколько тревожных признаков:

— насморк длится дольше 10 дней;
— симптомы насморка проходят, а затем неожиданно возобновляются;
— у вас высокая температура;
— носовая слизь яркого желтого или зеленого света, выделения сопровождаются болью в околоносовых пазухах;
— длительное истечение прозрачной слизи или слизи с кровью после травмы головы.

При перечисленных признаках ни в коем случае не занимайтесь самолечением, обратитесь к врачу, который поставит диагноз и подберет необходимую терапию.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector